00:16 

Saimi
Гори, но не сжигай. Гори, чтобы светить(с)
Название: Лунный пес
Автор: Eugenie
Жанр: драма, семья, сказка
Персонажи: Ину но Тайшо, мать Сещемару, Сещемару, некоторые ОС.
Рейтинг: пусть будет PG-13
Размер: в пределах 10 глав
Статус: в процессе
Дисклеймер: все права принадлежат госпоже Румико Такахаси.
Саммери: Немного того, что не знает Инуяша о своем брате и его семье. Немного истории, в центре которой – Сещемару.

Глава 1.


За всю его не менее чем тысячелетнюю жизнь – точнее свой возраст Ину но Тайшо, нареченный давно почившей матушкой Тогой, и сам бы не назвал – он ни разу не видел подобной луны. Он видал яркие полнолуния, когда прозрачный свет заливал равнины и резкие тени танцевали свои извилистые танцы в траве и воде, но никогда еще луна не цеплялась за верхушки деревьев, словно с чего-то заинтересовавшись земной обыденной жизнью и спустившись ради удовлетворения этого интереса пониже.

На нее было почти больно смотреть. Она была огромна и бледна, и странные знаки на ней, почудилось ему, перемещались и переливались друг в друга, не останавливая свое движение ни на миг. Он моргнул, и наваждение исчезло.

Его генерал и правая рука великого завоевателя, заработавшего титул Ину но Тайшо своей кровью и своим потом, фыркнул.

- Недобрая луна, - сумрачно сказал он. Его лицо не было видно даже острому взору повелителя демонов-псов, оно было в перекрестье древесных теней, черных как смоль. – Недобрый знак.

Тога только поглядел на него.

- Слишком суеверный, Кацухиро, - сказал он генералу. – Неужели простое полнолуние выбьет из колеи старого вояку?
Кацухиро, глава клана Черных Собак, на подначки не поддавался.

- Нет, - все так же сумрачно сказал он. – Но чует мой хвост, чему-то быть этой ночью.

Тога расхохотался, глубоко и раскатисто. Его смеху отзвуками отвечали голоса и хохот воинов, сидевших сейчас перед кострами и наслаждавшихся заслуженным отдыхом. Армия Ину но Тайшо была в очередном завоевательном походе, и назавтра предстояла битва. Солдаты, зная, что биться, может, придется не один день и не одну ночь, спешили жить: смеялись, травили байки, пели и пили, шутили с друзьями и стремились как можно ярче провести эти часы, чтобы вскоре забыться крепким, восстанавливающим силы сном.

- Что-то бывает каждой ночью, мой верный друг, - дружелюбно сказал Тога. – Так заведено. А чему быть, того не миновать. Не кисни же! Идем, выпьем с воинами – они должны знать, что их вожди с ними.

Кацухиро глубоко вздохнул. Оптимизм повелителя иногда ошпаривал своей безалаберностью. Главное, подумал он, чтобы никого потом не ошпарило кровью…

Двое могучих демонов вышли из-под покрова деревьев и направились к лагерю.

* * *

Странный шум и треск разбудил этой ночью Ину но Тайшо, хоть и казалось ему, что спит он мертвым сном. Выбежав из наскоро слепленной землянки, он огляделся, но шум затих. Тогда он закрыл глаза и прислушался к своим демоническим чувствам. Сперва он ощутил лишь энергию своих воинов, но шире открыв восприятие, он зацепил краем незнакомое клубящееся йоки*.

Пыхтя, из землянки вылез заспанный Кацухиро; его энергия дергалась как живая – он был встревожен.

- Что? – спросил он у Тоги. – Что такое? Они поняли, что мы нападаем и решили ударить первыми? Где?..

- Нет, - прервал его Ину но Тайшо. – Это не кошки. Но я не уверен, что это… Я пойду, посмотрю.

- Тога! – вскрикнул генерал Черных. – Не сходи с ума! Ты не должен идти один, ты же…

- Кацухиро! – загремел голос повелителя псов. – Кто ты, чтобы указывать мне? Я иду, поскольку это моя воля – идти! Знай свое место!

Демон упал на колени перед Тогой, сраженный этим громоподобным голосом. Тога, доминантный пес, не терпел неподчинения. Его он карал.

Видя своего генерала в столь неподобающем положении, Ину но Тайшо сконфузился и уже мягче добавил:

- Ну, что ты творишь… встань. Ты останешься за старшего. И не вздумай ходить или посылать за мной. Я вернусь.

Кацухиро скованно поднялся, глаза его смотрели в землю, плечи сгорбились. Идиот, - горько пронеслась в голове у него мысль. – Если бы я повел себя по-другому, он разрешил хотя бы мне пойти с ним. Теперь же его гордость заставит его убить любого, кто попытается ему помочь. О, глупец. Одна надежда – что это действительно не кошки…

Когда он осмелился поднять глаза, Тоги уже не было видно. Луна сияла так же ослепительно, как и три часа назад, но не нравилась теперь генералу Черных Псов еще больше.

* * *

Ломясь сквозь деревья, Ину но Тайшо держал дыхание ровным – кто знает, что ждет его впереди. Негоже лезть в драку, уже запыхавшись.

Куст, дерево, кустарник, бурелом… Тога бежал с закрытыми глазами, ориентируясь на демоническую энергию, потревожившую его. Что его так заинтересовало, это то, что ее источник был явно собакой… и все равно оставался ему незнаком. Или… смутно знаком? Это не Черные псы, не Коричневые, не кицунэ, не волки…

Избегая препятствий на инстинкте, он перепрыгивал через корни и нырял под ветки. Глядящий со стороны восхитился бы этим летящим бегом – быстрый, быстрее, чем сможет самый скорый человеческий бегун, слишком плавный для человека… Рукава хаори хлопали сзади, мех летел им вслед, длинный конский хвост белых волос отбросило назад ветром, созданным бегом. Луна временами освещала лицо бегущего, и каждый мог рассмотреть демонические знаки, украшавшие его; полосы лежали на его щеках, как тени на земле, черные в лунном свете, закрытые глаза позволяли заметить марки на веках, хотя тоже неясно какого цвета.

Все это отчетливо было видно обладателю клубящегося йоки, сидящему на траве на неприметной маленькой поляне.

Через секунду на поляну влетел и Тога с Соуунгой в руке.

- О, меч Ада, - вежливо сказала причина их здесь появления. – Таким образом, мы видим никого иного, как Ину но Тайшо, объединителя всех кланов Ину?

- Нет, - сказал Тога, пытаясь рассмотреть лицо таинственного гостя… точнее, гостьи. – То есть, да, я Ину но Тайшо… но я не все кланы еще объединил.

Надо сказать, что в женском обществе повелитель псов частенько смущался, несмотря на зрелый возраст.

- И то верно, мы припоминаем, - сказала женщина. Голос ее, в одну секунду высокий, в другую опускался чуть ли не до хрипотцы. Должно быть, она хорошо поет, некстати подумал Тога. – Еще один клан остался, не так ли?

Тога промолчал, думая, что бы такого сказать, что вывело бы гостью на рассказ о том, что здесь произошло, и подальше от его позорного фиаско с тем кланом.

- Но, - продолжила демоница, - что это мы забываем вежество… Мы кротко зовем себя Цукиме, весьма рады знакомству, Ину но Тайшо.

Здесь она попыталась подняться, но словно непреодолимая сила потянула ее вниз на землю, и она не очень ловко уселась обратно.

- Сожалею, - любезно сказала она, - что мы не можем приветствовать тебя должным образом.

Тога внезапно учуял кровь, и глаза его расширились. Много крови. Женщина была ранена. Как же он раньше этого не заметил, дубина!

- С тобой все в порядке? – выпалил он, и тут же дал себе мысленный подзатыльник: и так ясно, что не в порядке. Не веди себя как деревенщина!

- О, - сказала Цукиме, - мы думаем, да. Завтра утром мы точно будем целы и здоровы.

Тога сделал к ней шаг, намереваясь поднять ее на руки и отнести в лагерь к лекарям – ну не оставлять же ее здесь, а? – но хорошо подумал, и следующий шаг оказался очень неуверенным. Он все еще не мог разобрать ее лицо, но ее манера речи, ее одежда… она явно принадлежала к знати. Сам Ину но Тайшо, вышедший из бедной солдатской семьи и именуемый самураями первое время исключительно «дворнягой» - пока не доказал, как больно дворняги кусаются – общаться со знатью толком не умел. Как и с женщинами. А уж что делать с дворянкой, ему и вовсе было неведомо. Вдруг она расплачется, если он возьмет ее на руки, или, тем более, начнет царапаться и кусаться? И как он ее раненую оставит в лагере? Солдаты есть солдаты, они женщину месяц не видели, и воспитания у них нет, могут ее обидеть и оскорбить.

Цукиме молча наблюдала за ним, терпеливо ожидая каких-нибудь действий.

Наконец его озарило.

- Я с удовольствием помогу тебе добраться до твоей семьи, там о тебе позаботятся, - торопливо предложил он.

- Ты очень добр, - сообщила Цукиме, - но мы не можем привести чужака к воротам нашей семьи, даже желающего помочь. Поэтому мы лучше подождем под твоей защитой, пока семья сама нас не заберет.

Тога опешил. Под твоей защитой?.. Она что, хочет, чтобы он ее охранял? Не то, чтобы он против – она не так высокомерна, как он думал, будет аристократка, и пахнет приятно - но он военачальник и завтра у него решающая битва с демонами-кошками.

Он хотел ей об этом сказать, но губы сами выговорили:

- Разумеется, удобно ли тебе будет ждать твою семью у меня во дворце?..

Услышав собственные слова, он чуть головой не начал биться о ближайшее дерево. Нет! Он не может… но как хочется… ей помочь. А, ладно… Кацухиро вполне способен справиться один раз и без него. Не может же он отказать попавшей в беду? Конечно, нет! И он уже сказал, что поможет – взять свои слова назад? А честь… гордость?..

Цукиме, тем временем, сделала еще одну попытку встать. Снова неудачную. Но на этот раз Тога успел ее подхватить и запоздало поинтересовался:

- Я могу взять тебя на руки?..

- Ты очень добр, - сказала она, но плохо скрытого сарказма Ину но Тайшо не услышал. Он обдумывал, значит ли «ты очень добр» да или нет. В тот раз это значило нет… и завело его в ситуацию, где он вынужден бросить армию, чтобы не отказаться от данного слова. Смутные опасения наполнили его, но демоница на его руках лежала смирно и тихо, и он, наконец, выпрямился.

- До моего дворца часа два пути, если мы полетим, - сказал он ей, сбитый с толку.

Цукиме царственно кивнула. Тогда Ину но Тайшо поднялся в воздух с ней на руках и, рассекая лунный свет, оставляя в нем капли ее крови, направился ко дворцу. Ну, это, конечно, не такой уж и роскошный дворец, но с той лачугой, где он родился, не сравнить. Он гордился своим домом и внезапно взмолился, чтобы эта женщина не вздумала его критиковать. Этого он не переживет.

Зорко оглядывая земли с высоты – грудь его наполнилась непонятным и необъятным чувством: это мои земли! они принадлежат мне, как и каждая живая душа на них! – он спохватился:

- А что случилось с тобой? Почему ты оказалась раненая в лесу?

- Мы гуляли, - ответствовала она. – Но на нас кто-то напал, демоны-кошки, кажется. Мы вызвали существо, чтобы оно нас защитило, но после того, как оно убило нападавших, оно повернулось на нас. Мы отослали его на место, но ты можешь видеть цену, которую мы заплатили за недостаток контроля.

Вызвала существо? Отослала обратно? Тога молча изумился, недоумевая, а зачем ей тогда вообще когти. И только тут, вконец запутанный, он догадался вглядеться в лицо таинственной демоницы, свалившейся ему в эту ночь как снег… как луна на голову.

Здесь эта самая луна не давала теням скрывать ее внешность. Его гостья была редкостной красавицей, что-то застряло у него в горле как кость, когда он посмотрел на нее – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Чем-то она напоминала Белых Псов, клан, к которому принадлежал и он, но напоминала все равно как утка напоминает лебедя. Янтарные светлые глаза, окрашенные алым веки, полосы на щеках. Кожа, светящаяся изнутри под молочным светом луны, волосы, льющиеся как вода – не белые, как у него, а серебристые, как эта луна, эта проклятая луна! Не зря Кацухиро говорил – чему-то быть, правду говорил его трусливый дрожащий хвост.

Цукиме, Лунное Око… все в ней выдавало Лунного Пса – и эфирная тонкость костей, и изящная точеность лица, и серебро волос, и потусторонняя, завивающаяся в петли аура – Лунные жили в облаках и интересовались больше иным миром, чем грешным земным, волшебники, чародеи… И полумесяц на лбу, яснее всяких слов говорящий ему, что эта демоница не обычная Лунная Собака, но из их королевской линии.

В груди Тоги поднялась паника. Он несет в свой дом чертову принцессу Лунных Псов. Принцессу клана, который он не сумел присоединить к своему царству. Клана, который уничтожил половину его воинов, не потеряв взамен ни одного – они просто не вышли… они просто послали вместо себя созданий иного мира, против которых бесполезным было их стальное оружие. И он с позором бежал.

А теперь он несет ее в его дом и собирается ждать, пока ее семья не заберет ее, с ужасом осознал он. Руки его разжались, и женщина упала вниз. Молча. Он уставился на свои руки, которые покрывала ее кровь, почти черная при луне. И с горечью рванулся за ней, ловя ее в воздухе.

То, что не дало ему оставить ее на смерть, не даст ему и воспользоваться ей, понял он горько. Такой уж у него характер – милосердная дворняга. Он мог бы взять ее в заложники и вынудить Лунных Псов сдать ему их крепость. Мог бы убить ее – за это они пришли бы мстить. Пришли бы сами, а не их иномирные прихвостни. Но он не будет, и она это знала так же хорошо, как и он. Вопрос в том, откуда?..

Женщина смотрела на него с тонкой насмешкой в глазах, которая была также характерна Лунным Псам, как и серебристые волосы.

* * *

Добравшись до дворца, Ину но Тайшо кое о чем вспомнил и вновь оказался в состоянии, близком к выдиранию волос на голове. Кацухиро даже не в курсе, что именно ему придется вести солдат в бой. Поэтому Тога отправил к нему быстрокрылого голубя с рукописным свитком и присоединился к молчащей демонице. Одной в его доме он ее оставлять не собирался – знал, на что способны Лунные, и лишиться дома, таким трудом им выстроенного, как-то не хотелось.

Его дворец был таким же дворцом, которыми владело большинство даймё** – человеческих и не только. Одноэтажное деревянное здание со множеством комнат, часть из которых отводилась на его личные покои, часть слугам, из которых больше всего было Белых Псов, часть на кухню и подсобные помещения, часть пустовала, а все остальное было занято трофеями и прочим барахлом. Ину но Тайшо не ценил денег и не гнался за ними. Раньше, когда демоны еще не переняли это пакостное изобретение людей, а он помнил такое время, ему было проще.

Тогда, во время его юности, демоны предпочитали бродить со своим территориям, в своей свободе и дикости напоминая животных, все нужное делалось самостоятельно или отнималось грабежом. Сейчас же цивилизация демонов, произошедшая некогда от людей, а именно из их эмоций, чувств и желаний, стремилась уподобиться прародителям. Племена объединялись в общины, общины – в кланы, и уже клан, а не демон, владел территорией. Главы кланов жаждали власти и респектабельности, с которой не сочетался кочевой образ жизни. Они начали строить деревни… дворцы. А когда у тебя есть дом, который всеми силами защищаешь, то приходит в голову, что продолжи обеспечивать клан разбоем, обобранные тебя рано или поздно найдут и сожгут твое жилище. Так кланам понадобились деньги… потому что человека легко напугать и забрать у него тот же скот, за которым потом придет вся его деревня с вилами и топорами… но легко и договориться с ним. Ину но Тайшо предпочитал договариваться – людей бить ему казалось ниже своего достоинства. Воин должен сражаться с равными, а не со смертными слабаками. Так он думал.

Кроме того, люди ему нравились. Они были… интересны. Не все, конечно, но попадались и удивительные экземпляры.

Тога мог показаться иногда неотесанным, презирающим традиции и условности, иногда наивным в своих принципах, но ограниченным или недальновидным его было трудно назвать. Он умел побеждать и умел проигрывать. Но то, во что он сейчас вляпался, не давало ему понять, что же делать дальше.

Он сидел на деревянном полу, прислонясь к приоткрытым седзи, и глядел на луну. Двор был пустынен и светел, ветер тихо шелестел ветвями вишен, рассаженных у каменной ограды. За его спиной, в полутемной комнате, лежала на самом лучшем в замке футоне Цукиме. Запах крови ее ослабел – служанки старательно выкупали принцессу, обработали ее раны, и она заживала очень быстро. Как и сказала она тогда, к утру она была бы здорова. Может, раньше.

Он не знал, что ей сказать. Смотреть на нее ему не хотелось; она была красива, как принцессы в сказках, что ему матушка рассказывала в детстве, но Цукиме могла оказаться страшным врагом, и понимание этого делало ее красоту отпугивающей, а не манящей.

Но вот она нарушила молчание:

- Мы видим, ты опасаешься, что моя семья накажет тебя за прошлое нападение на цитадель, когда найдут нас в твоих руках.

- Пусть попробуют, я ведь и убить тебя могу, - вяло огрызнулся он, сам зная, что блефует. Он не сделал бы ей зла.

Из комнаты донесся легкий звук, очевидно, она улыбнулась.

- Тенгокен-сама, глава Лунных Собак – наш брат. Он будет благодарен за наше спасение, - мягко прошелестел ее голос близко к седзи, словно бы она сидела, опираясь на них спиной, как он, только с другой их стороны.

- Но я не спасал тебя. Я тебя просто нашел.

- Мы могли истечь кровью. Или на нас напали бы дикие демоны там, на поляне.

- Не думаю, - сказал он сквозь зубы.

- Тебе нечего бояться, - сказала Цукиме после паузы. – Наш брат благороден. Наше спасение может стать поводом для прекращения войны наших кланов – моего… и твоих.

- Чушь, - устало произнес Ину но Тайшо. – Твой брат пойдет на такое ради тебя? Я бы не пошел.

- О, тогда ты не знаешь уз семейной любви, - голос ее сделался холодным. – Несчастный.

Тога с трудом сдержал негодование. Да что со мной творится, яростно подумал он. Кто она, чтобы так говорить со мной? Жалкая аристократка жалкого клана! В моей власти силы в тысячи раз большие, чем у нее, и я все же заискиваю перед ней!

Его рука сжалась в кулак, но силой воли он заставил его разжаться. Обещал защитить… только мужчина без чести ударит женщину…

Больно было сознавать, что слабейшее из ее заклятий его убьет, пусть даже он и заберет ее с собой. Он не знает, как сражаться с созданиями иного мира, ни его когти, ни клыки не ранят их.

А еще больнее было то, что она права. Его семья… ушла слишком рано, чтобы создать какие-то узы какой-то любви.

Тишина была долгой. Она звенела и пела в лунном свете. А может, это звенело у него в ушах. Он тряхнул головой.

- Когда тебя заберут?

- Тенгокен придет на рассвете, - сказала она.

Ночь будет длинной, без энтузиазма подумал Ину но Тайшо. Сердце его тоскливо сжалось при мысли о брошенной армии. Кацухиро был трижды и четырежды прав!..

- У тебя есть наши гарантии, - снова заговорила она, голос ее был низок, тих и сладок, как мед. – Брат не сделает ничего твоим людям, а вот ты можешь многое потребовать за нас.

- Я обещал тебя защитить, - сухо ответил он. – Я не стану угрожать твоей жизни, это низко. И почему ты предлагаешь мне подобные вещи?

- Может, ты нам нравишься, - лукаво и звонко сказала она. Сердце демона странно екнуло. – А кроме того… - голос ее вновь стал низким. – Мы не находим в войне ничего интересного. Как и наш брат.

Тога не нашелся, что ответить. Пока он искал слова, она открыла седзи. Задумавшийся повелитель псов от неожиданности свалился внутрь, в комнату. Цукиме оказалась над ним, руки по обе стороны его плеч, лицо нависает над его. Он замер, словно боясь спугнуть чудо. Не глядеть на нее было легче, чем глядеть… или наоборот. В голове демона приключилась каша. Она была… слишком… неземной. Слишком красивой, слишком дурманящей, слишком близкой. Его воины месяц не видели женщины… сколько же он не знал женских прикосновений? Он попытался выгнать крамольные мысли, но тело предавало его. Она очаровала его, подумал он, это какие-то заклинания. Нет, это луна.

Цукиме чуть улыбалась, но глаза ее… они были куда старше, чем он. Затем она наклонилась и едва-едва коснулась его губ своими. Его обуревали противоречивые чувства, страсть пополам с отвращением, подозрением и глухим ужасом.

- Позволь нам отблагодарить тебя, - обольстительно шепнула она. Ину но Тайшо медленно закрыл глаза, и его рука накрыла ее, меньшую раза в два. Его пальцы сжали ее так, что когти впились в плоть, и в воздухе снова запахло свежей аристократической кровью. Она продолжала улыбаться в этом почти поцелуе.

Тога понял, что он побежден. И что ему все равно – он умел проигрывать. Сейчас ему казалось, что до рассвета осталось слишком мало времени. Не желая его терять, он притянул демоницу к себе и утонул в ее мягчайших губах, руках и волосах.

* * *

На рассвете тонкая фигура выскользнула из дворца Ину но Тайшо. Одета она была лишь в шелковую юкату; даже странно, как она не дрожала он утреннего холода. Луна почти закатилась, ее силуэт бледнел на фоне светлеющего неба, и ночному безумию приходил конец. Двор был так же безлюден, как и ночью; фигура прошла мимо бессовестно храпящей охраны – Тога бы не поленился лично отпинать лентяев, но и он спал не менее глубоким сном.

За оградой ее ждали.

- Цукиме, - неодобрительно произнес мужской голос, сильный и скорее высокий. – Сестра, зачем тебе эти авантюры?

- Тенгокен, - женщина чуть поклонилась, глаза ее поблескивали, отражая лучи рассвета. – Мы обязаны отвечать?

Высокий, хоть и не такой высокий, как повелитель псов, стройный демон в белых одеждах только вздохнул. Он был очень похож на Цукиме, свою сестру-близнеца: те же отметины на веках, щеках, тот же полумесяц на лбу, цвет глаз и волос. Но там, где сотни прожитых лет принесли ему спокойную, уверенную, хотя иногда слишком практичную и равнодушную мудрость правителя, она обрела от них только отчаяние и одиночество, порой волнами накатывающие на нее. Тогда, как и прошлой ночью, она отправлялась, по его выражению, «шалить», после чего надолго успокаивалась и вновь обретала уравновешенность, столь ценимую Лунными Собаками.

Но ее взгляд сейчас не нравился ему – в глазах сестры он видел зловредную искру, которая показывала, что Цукиме еще не завершила свою «шалость», а значит, авантюра продолжится.

Тенгокен с сомнением оглянулся на дворец Ину но Тайшо. Демон был опасен… своей непробиваемой уверенностью, нежеланием отступать, своей неколебимой решимостью и интеллектуальной стратегией. И конечно, силой, невообразимой для безродной дворняги. Что там, невообразимой даже для него, Тенгокена. Он опасен… нехорошо с ним связываться. Они отбили первое нападение, но на всякий удар есть блок. На каждый блок – удар.

Подчиняться правитель Лунных Псов не любил и тем более не хотел быть подчинен низкопробной выскочкой как этот самопровозглашенный Ину но Тайшо. Поэтому затея любимой сестры ему не нравилась. Он решил, что позже обязательно с ней поговорит.

В рассветном тумане две тени взлетели из окутанных бело-розовым деревьев, на лету преображаясь в гигантских серебристых собак. Невероятными прыжками набрав высоту, королевская двойня Лунных Псов скрылась в облаках.

* * *

Кацухиро в двадцатый раз перечитывал свиток, присланный ему Тогой. Читал и не верил своим глазам. Его повелитель и друг выходит из сражения, повинуясь зову срочных дел. Надеется на него. Говорит, что Кацухиро сам прекрасно знает, что делать. Черный пес решил бы, что это подлый обман, провернутый кошками, если бы не чуял запах Ину но Тайшо на свитке.

Рука его смяла дорогую бумагу, и демон в отчаяньи, пока никто не видит, сполз по стене землянки, закрывая глаза руками. «Да, друг, я знаю, что делать… но сколько твоих солдат пойдет за мной, поверит в меня?..»

Да что же там за дела такие срочные?! Кацухиро в сердцах проклял луну еще раз, хотя она вряд ли была в чем-то виновна. Расстраиваться и негодовать не было времени. Он отослал гонцов поднимать отряд и готовить солдат к битве. Он постарается справиться…. пусть у него и нет шансов.

В тот день завоевательная армия Ину но Тайшо потерпела сокрушительное поражение. Уже в первые часы после рассвета сонм кошек, могущих себе позволить размен десять на одного, потеснил демонов-псов. Ину но Тайшо, как следует выспавшись, не нашел и следа своей прекрасной Лунной подруги и отправился к войску. Увы, он успел лишь прикрыть его отступление и сохранить некоторые жизни.

Кампанию на Запад пришлось отложить еще на какое-то время.

* * *

Предания рассказывают об удивительной земле, плывущей средь облаков, наиболее смелые рассказчики называют ее раем.

Спрятанная белым туманом и охраняемая древним барьером, она таит в себе многочисленные дворцы аристократии на самом верху, красивейшие сады, поля и луга на втором ярусе, владения вассалов, обрабатывающих их, на третьем, и укрепления, удерживаемые солдатами и воинами внизу, возле барьера и облаков. Это цитадель Лунных Псов.

Уже месяц прошел после прогулки Цукиме над владениями кошек и отступления армии Ину но Тайшо. Тенгокен все это время чувствовал себя немного не в своей тарелке. Нет, жизнь клана не беспокоила его – все было в порядке, как обычно, все шло своим чередом, но сестра, признаться, держала его в напряжении. Та искра в ее глазах и не думала гаснуть, и Тенгокен с ума сходил, пытаясь предугадать, во что это выльется. Немного его успокаивало лишь то, что об Ину но Тайшо она с тех пор не произнесла ни слова.

Сегодня он мирно медитировал у себя в покоях, седзи были открыты, и запах роз утешал его обоняние, то и дело доносясь с легким ветерком. Его комнаты выходили на розовый сад, его сестра же предпочитала лилии. Он не возражал, лилии ему тоже нравились. Но вот к аромату цветов добавился запах хищного существа. Тенгокен открыл глаза и увидел Цукиме, небрежно срезающую когтем шипы с белой бархатной розы.

- Сестрица, - ласково сказал он. – Есть что-то, что ты хочешь обсудить?

Она повернула к нему лицо и внимательно осмотрела. Она не выпускала каверзных эмоций наружу, но весь ее облик говорил: я победила! мне удалось!

Тенгокен напрягся в предчувствии. Она неторопливо поднялась к нему и протянула очищенную розу, которую он с поклоном принял.

- Не знаю, уж не захочешь ли ты нас изгнать после этого, брат, - сказала она с едва заметным намеком на иронию.

Тенгокен скептически посмотрел на нее. Ей не были свойственны подобные лирические вступления.

- Мы несем щенка, - безмятежно провозгласила она. Белые пахучие лепестки розы осыпались под нещадными пальцами Лунного Пса, раздавившего цветок, не заметив.

- Сестра? – переспросил он, стараясь сохранить лицо безразличным.

Она торжествующе на него посмотрела.

- Брат верно услышал нас. Мы несем щенка.

Невероятно, - подумал он эмоционально. – За что это нам?
Вслух он уточнил:

- Щенок Ину но Тайшо?

Цукиме кивнула.

- Зачем? – прошептал он, почти теряя контроль.

- Ты знаешь, зачем, - сказала она, неожиданно становясь серьезной. – Ты не можешь иметь детей, и у тебя нет наследника. Женщина, то есть мы, наследовать клан не можем. Наш прекрасный младший брат Ханаомару не обрел королевской крови отца, и его лоб не украшен полумесяцем. Мы умрем… и наш клан раздерет на клочки знать.

- И поэтому ты решила определить наследником полукровку, - безнадежно выдавил Тенгокен, уже не скрываясь массируя переносицу.

Цукиме снова кивнула, медленно и торжественно.

- Кровь Ину но Тайшо сильна. Его щенок будет силен. Мы долго выбирали и хорошо выбрали.

Тенгокен чуть удивился ее уверенности.

- Но ты даже не знаешь, будет ли в нем течь твоя кровь, а не его, - мягко возразил он.

Она снисходительно усмехнулась.

- В нем будет течь наша кровь, - сказала она без сомнений и погладила живот, где спал будущий наследник, самый драгоценный мужчина в ее жизни. С ним она не будет так страдать, она будет старательной, любящей, заботливой матерью, а он будет ее красивой куколкой… он снова научит ее радоваться и чувствовать… она с некоторым трудом вывернулась из розово-алых грез и посмотрела в глаза Тенгокена, ничем не отличающиеся от ее.

- Этот полукровка, - подчеркнула она интонацией, - заткнет за пояс и нас, и тебя, и Тогу и вообще кого угодно.

Она посмотрела в небо. Оно почти всегда было затянуто белыми пухлыми облаками, но сегодня светило солнце. Она смеялась бы в голос, но воспитание и привычка не позволили ей.

Тенгокен вновь вздохнул. Ему оставалось лишь поверить сестре. Иногда она и впрямь словно в воду глядела.
=======
*йоки – youki, демоническая энергия, аура.
**дайме - землевладелец, феодал

Имена старалась давать осмысленные или около того.

Цукиме, как в тексте упоминалось, лунное око.
Тенгокен - небесная гончая.
Ханаомару - лезвие синих цветов.
Кацухиро смысловой нагрузки не имеет.

   

AnimeGo

главная